Очень плохо, Андрей! Вы - ханжа и слабак! Восемь месяцев прошло, а вы всё никак не успокоитесь...


В лес бы...

Я напою тебя берёзовым вином
И угощу своей усталой грубой лестью
И пусть другие обвинят меня в бесчестии,
Я отвернусь, и, сбросив сон, покину дом.

Зачем тебе моя голодная тоска?
Ты улыбаешься, прикрыв фатой ресницы.
Уже ль нельзя хотя бы раз мне не присниться?
Но ты приходишь и смеёшься свысока.

Я напою тебя берёзовым вином.
И уведу тебя в неведомые дали…
Да чтоб тебя там, к чёрту, волки разорвали!
И ты не мучила беднягу перед сном!

Зачем тебе моя голодная тоска?
Ты хочешь крови? Я не тот, кто будет резать!
И пусть бессмысленно, убого, бесполезно,
Но я Люблю! А остальное – хуета!

Я напою себя спасительным вином…

Я могу только ломкой, неровной строкою теперь до тебя дотянуться.
Почему, чтобы мне говорить о любви, обязательно звуки нужны?
Я ведь знаю, ты снова под утро придёшь, и упрашивать будешь проснуться,
Только может быть это влюблённого сон, и являешься вовсе не ты?

Я хожу, одуревший от лая собак по холодным и тёмным долинам,
И играю по памяти сам для себя свой забытый для мира романс.
Где-то девочка в белом живёт своей жизнью в красивой уютной квартире,
Где-то там, в двух шагах. Дотянись и хватай! На неделе, сегодня, сейчас!

В этом весь смысл жизни, но где-то внутри мне настойчиво врут: «Оглянись!»
На тебе ли висит этот злой ярлычок с оплывающей надписью Он?
Всё темней и страшней, закрывается дверь и рука опускается вниз.
Или может не так. Или может обман. Или может влюблённого сон…

Никогда не любил это время года. Слякоть, дожди, ручьи, собачьи «подарки» из-под серого грязного снега… Но эта весна имеет для меня необычно-большое значение. Ничего необычного в ней нет, но я всё равно с маниакальным упорством жду её и считаю дни до конца зимы. Ждать эту весну я начал с того момента, как последний раз, уже в октябре, собирал палатку и уходил из леса. Мне было больно расставаться с уже привычным образом жизни, с этими волшебными кострами, немного хмельными разговорами, когда видно только блеск глаз собеседника, с ленивыми утренними часами, когда вытаскиваешь спальник из палатки и продолжаешь спать уже под рассветным солнцем. Всю зиму я ждал и скучал. Под моим окном за три месяца намело огромный сугроб, а дворники наращивали его, засыпая снегом до упора, пока он не разросся до окна первого этажа. И я решил для себя: моя весна родится тогда, когда растает этот сугроб. Я решил это 24 февраля. 25 февраля сугроба не стало. То ли деловитые дворники раскидали его по асфальту, чтоб скорее растаял, то ли какой-то добрый человек всю ночь поливал его кипятком из окна, то ли ещё какое чудо произошло, но сугроба не было, зато была Весна. И всё сразу начало быстро таять, я очень радовался, наблюдая ручьи из окна, размышлял, сколько же литров воды каждый день утекает в неизвестном направлении, как ребёнок мысленно подгонял потоки воды, чтоб скорее таяли снега, высыхала земля в лесу, освобождая место ночных посиделок. Глупо и по-детски, правда? Зато счастливо.

А завтра мы идём в лес закликать Весну, так как это делали наши предки тысячу лет назад. Мы разведём огромный костёр, а наши девушки вплетут в волосы цветные ленты и будут петь древние песни, прогоняя зиму и зазывая блудных птиц из дальних стран, мы повяжем тканые ленты на ель и положим под её ствол каравай домашнего хлеба, задабривая Землю, мы сожжём на костре старые вещи, очищаясь перед святым огнём, мы нальём горячее вино с мёдом в обрядовую деревянную чашу и выпьем по кругу, прославляя Рода и предков. А потом будет пир, и каждый запомнит его.
Завтра мы встретим Весну… и придёт пора лезть на антресоль и доставать палатку.

Едет Весна едет
На золотом коне,
В зеленом саяне,
На борони сидючи,
Сыру землю аруючи,
Злато жито сеючи.

Побрился перед операцией. Меня перестала узнавать собака.
Родители ржут... атас.

Перечитал "Белые Ночи" Достоевского.

Очень похоже на моё теперешнее состояние. Я, конечно не так крут как герой Мечтатель, но события недавнего времени, произошедшие со мной и мои мысли Достоевский почти вточности повторяет на бумаге. Ощущуние что читаешь свой дневник.
Вот только Настенька Достоевского не похожа на мою "Настеньку".

Она не придёт.
У неё множество дел,
Сессия.
Он уехал.
Она его ждёт -
Трагедия
На что я надеюсь?
Зачем?
Мы почти незнакомы.
А надо ли?
Нервными
Мучить себя
Скандалами.
Маленькая
Хрупкая
Такая родная
Где ж ты была?
А я тебя знаю?
Нет, вряд ли.
Придумал.
Польстившись
На образ красивый.
Нет, знаю!
Ты же во сне
Кормила меня
Апельсинами.
Страшно?
Не знаю…
Скорее неловко.
Вот так приставать
Со своими резкими
Стишками.
Пугает
Только одно –
Вероятность
Остаться непонятым
И хлопать
Красными от обиды
Ушами.

Завтра первый экзамен - отечественная литература. Достоевский, Толстой и Чехов. Основные вехи жизненного и творческого пути и проблема смысла жизни в романе «Война и мир». А у меня настроение как у улитки и ощущение сентября. Какая нафиг сессия? Я счастлив, влюблён, у меня есть кофе и сигареты, у меня новый виток в жизни, у меня куча идей и планов, и вообще у меня сейчас ранняя осень... а вы про сессию... стыдно должно быть...
Завтра едем с отцом покупать машину, фотоаппарат и подключаться к Домолинку. А мне пофиг. Года два назад с ума бы сошёл от счастья.
Жесть... Что со мной происходит?

Сегодня попросил всех знакомых в интернете рассказать мне сказку.
И не был удивлён сказкой Шеры, самой нужной и полезной сказкой, лекарством и наркотиком, которого мне так сильно не хватало. Сказкой о Любви и о Страхе. Знала бы она, как мне это понятно)

Сейчас допью кофе, потом допью пиво, потом снова налью себе кофе и напишу стих... обо всём.

Я тебя на стекле замёрзшем нарисовал,
Ты такая красивая там получилась…
Точно такая, какой я тебя представлял,
Точно такая, какой мне вчера приснилась.
Да я рисовать-то вообще не мастер, но иногда,
Когда на балконе, под утро стою с сигаретой
В промёрзшем окне, в орнаментах изо льда,
На зимнем холсте я руками рисую лето.
Простые цветы и простое тёплое солнце,
Обычную речку и лес, непременно дремучий.
И, веришь?! Январские долгие злые морозы
Мне кажутся чем-то далёким в окне цветущем.
Но этого мало, и парой движений руки
Я в эту картину о лете из белого снега,
На берег по-летнему тёплой и тихой реки
Добавил тебя, непонятного мне человека.

И вот, докурив четвёртую сигарету,
Средь тысяч людей, в это утро за окна смотрящих,
Во льду я увижу не зиму, а девочку в белом,
В красивом венке из душистых июльских ромашек.

Я снова подсел на Диаблу. Ностальгия... Надо к сессии готовиться, личные дела начинать, доделывать и завершать... А я играю вторые сутки подряд.

Пригласил Лену на концерт "Севера" в "Выход" - это хорошо

Не написал конспект по русскому, который сдавать через... 11 часов - это плохо.

Купил очень вкусный чай - это хорошо...

Кончились деньги на счету интернета - это плохо...

В субботу еду подключаться к Домолинку - это хорошо..

Ну вот, хорошего больше чем плохого. Я рад)) Всё не зря))=

БАЛЛАДА ОБ УХОДЕ ОРКОВ

Когда-то давно, когда эта вот ель,
На свет ещё не родилась,
На этот вот холм, при полной луне,
Поднялся прославленный князь.

С ним четверо были, на этот вот холм,
Поднялся солдат человек,
И маленький хоббит и кряжистый гном
И орк с мордой белой как снег.

И вымолвил князь: мы – славный народ,
Мы – эльфы, что вечно живут.
Для нас этот сказочный луг цветёт,
Для нас эти птицы поют.

Вы – люди, вы – вечны, вы – мощный союз,
Хоть жизнь ваша и коротка,
За нами вы тащите тяжкий груз…
Вы можете жить, пока…

Вы – хоббиты, мелкий и жалкий народ,
Вы – мыши на теле земли,
Но в ваших усадьбах хмель растёт,
Так уж и быть, живи.

Вы – гномы, набив серебром мошны,
Рубите новый грот,
Но ваши металлы для нас важны,
Так пусть ваш народ живёт!

А орки… что орки, проклятая мразь,
Позорящая мой трон.
Вы, орки, отвратны и мерзки для нас,
Я вас прогоняю вон!

С тех пор стала морда орка черна
От ярости и обид.
Они убежали на юг, туда,
Где солнце ночами спит.

И там они строят свою страну,
Где эльфы их не притеснят,
Вот так и сложилось, мой друг, в старину,
Но эльфы об этом молчат.

БАЛЛАДА РИВЕРРАНСКОГО ВОИНА

Пока речных долин сыны в почете держат меч,
Врагам позорным предстоит на поле брани лечь.
Уходим с этой песней мы, идёт кругом война.
Прославит Риверран она на долгие года.

Наполнит кружки добрый эль, такой не скоро пить...
Гляди, дружище, веселей! Семи смертям не быть!
Едва рассеется туман, покинем теплый кров.
Дорога, Бринден, далека! Ну, ладно! Будь здоров!

Прощай, красотка! Не про нас уют домашних стен.
Мой верный лук, не подведи! Колчаны полны стрел.
Поют ветра, звенит ковыль, отряд сверяет шаг.
А над холмами вьется пыль, да вороны кружат...

Змеей дорога в горизонт... Торопишься? Чудак!
Пускай нам, Бринден, повезет! Да, в жизни все не так:
"Ступай по лезвию ножа! Иди ветрам назло!
Шагай, бессмертная душа такое ремесло..."

Нам вдаль от отческих могил, в чужую стОрону...
Любовь Трезубцу ты отдал, а душу никому.
Но, может статься, где-то там, где враг стеною встал,
Ты Риверрану жизнь отдашь, а душу небесам.

ОН ОСТАВИЛ ДОЗОР

Это было давно, и, наверно, неправда -
Человек на Стене. Дозорный.
Он стоял, и на север упёршись взглядом,
Был задумчив, как ворон – чёрный.

Он стоял здесь давно, ожидая друзей,
Что в разведку ушли в леса,
И наутро, когда становились светлей
Зачерствевшие небеса,
Его уши зов рога пронзил, острей,
Чем кинжала холодная сталь.

Мои братья идут, он сказал сам себе,
Мои братья идут домой,
Но повторный зов рога ударил больней,
«С одичалыми будет бой»
Он схватился за лук и прижал к тетиве
Оперённую чёрным боль.

Он прищурил глаза, он готов был стрелять,
Но собой огласив беду,
Крики рога раздались в лесу опять.
И тогда, к своему стыду,
Он штаны обмочил: «Не хочу умирать»
Три сигнала – Иные идут.

Он упал на колени и бросил лук,
Он сорвал с себя чёрный плащ.
«Мои братья, скорее всего умрут,
Только я не хочу умирать!»
Он спустился на землю в холодном поту,
Не пытаясь свой страх скрывать.

Его кто-то окликнул, крича: «Позор!»
С высоты ледяной Стены.
«Не за тем принимали тебя в Дозор,
Чтобы ты обмочил штаны!»
Но он мчался в конюшню во весь опор,
Не почуяв своей вины.

*****
Он прожил свою жизнь в тёплых южных краях,
Спал в тавернах, в трактирах пил.
Он забыл про Иных, про позорный свой страх,
И про бегство своё забыл.
Но звук третьего рога, отражённый в горах,
Навсегда в голове застыл.

Много зим пролетело, мой друг, с тех пор,
Как он умер, молва молчит,
Но Стена помнит всё: «Он оставил Дозор
В жалкой луже своей мочи»


РОББУ СТАРКУ

А мы могли…
Смотреть на гордый Юг
Из башен Винтерфелла,
только вспомни…
И Вестеросс лежал как на ладони
И лорд-отец ещё был жив, мой друг…

А мы могли…
Ты вспомни, мы могли,
Одним лишь только
Гордым волчьим взглядом, напомнить всем,
Что рядом с ними, рядом,
Зимы суровой Старки-короли.

А мы могли…
Среди уютных стен,
Зарывшись носом в шкуру лютоволка,
Смотреть как Санса мастерит иголкой
И слушать сказки
Старой доброй Нен.

Робб Старк…
Мой старший брат, Король волков!
Зима всё ближе,
Ближе волчья вьюга.
Зима волкам помощница,подруга.
А лев под снегом к битве не готов.


Робб Старк…
Я слышу Лета волчий вой
Его глазами
Вижу я ненастье
Мечом работать нынче я не мастер...
Пусть я без ног,
Но сердцем я с тобой!!!

НЕСИММЕТРИЯ

За околицей грязных будней,
За забором шальных веселий,
Там, где, снилось мне, рано утром
Я напился любовных зелий,
Или может быть, мне не снилось
Или может всё это правда…
Нет, я помню, они варились
В самом тёмном углу веранды.
Или может тогда не зелья,
Или просто влюбился спьяну…
Точно! Вот почему похмелье
До сих пор в голове буянит…


Не потушен огонь, не допито вино,
Не окончен ночной разговор.
Всё вернулось назад, всё осталось пустым,
Всё опять, как всегда, «налегке»
Опустилась рука на рюкзак под столом,
В голове поулёгся костёр.
«Ладно, дурень, ты глупо сейчас поступил,
Вот увидишь, всё будет окей»
Помогите, друзья! Я хочу отдохнуть,
Я хочу сигарету и спать.
Я был слишком живым, слишком много мечтал,
Слишком много потрачено сил.
Посоветуйте что-нибудь, типа: «Забудь»,
Отучите беднягу летать,
Я за эти две ночи чертовски устал,
Я, похоже, себя загрузил.

Сказано, брошено… шёпотом.
Чтобы они не слышали.
Как по затылку с хохотом
Мысли больными брызгами.

Я тебя найду, я обещаю!
Я сейчас же осмотрю всё небо!
Ты сияешь там, за облаками,
В этом я на все пятьсот уверен.
Ты зачем тогда ко мне спустилась?
Знаешь, это очень злая шутка.
Лучше б ты, как раньше, просто снилась.
Без проблем для моего рассудка.

P.S.
Снова пляшет огонь, по бокалам вино.
Состоится ночной разговор?
Всё вернулось назад, всё вернулось к тебе,
Всё опять, как тогда, «через край»
Собираю рюкзак, чтоб забыть под столом,
В голове разыгрался костёр.
«Ладно, дурень, ты глупо тогда поступил,
Вот увидишь, всё будет окей»


ЗАТЯНУЛОСЬ

Под сырой землёй,
На Калинов мост
Поднялась нога
Белый свет не мил

Прошлою зимой
Тело на погост
На курган святой
На сухой настил

Прошлою зимой
Не туда глядел
Не за тем ходил
Ничего не смел

Поджигайте враз
Чтоб огонь родной
Промурлыкал мне
Алконоста песнь

Я сейчас шагну
Я отправлюсь в Навь
Чтоб постылый Свет
Не прожёг мне грудь

Предаётся сну
Чёрная река
На её воде
«Я тебе шагну!»

ДЕВОЧКА В БЕЛОМ

Девочка в белом считает до ста
И тает нектар на медовых устах
И тихим потоком её красота
Проплывает над миром.

Пусть пляшет нечистая на лысой горе
И ночь утопает в луны серебре,
Но солнца сиянье, при мысли о ней,
Заполняет квартиру.

А сколько до меня таких романтиков было?
Которым, среди ночи озаряет квартиру,
Которые любуются таинственной силой,
Пытаются раскрыть эту тайну.

Наверное, много, ведь сложены песни,
Ведь многим таким не сидится на месте.
А девочка в белом наряде невесты
Смеётся.
Пойдём, погуляем?

НА РЕМНЯХ

Повиснуть на ремнях в разбитых Жигулях и умирать.
Забросить календарь, раскрасить в киноварь и постареть.
Под зиму засыпать, на жёсткую кровать, и застывать.
Устать себя стебать, устать болтом болтать и умереть.

Забиться в дальний шкаф, укутать в длинный шарф и не смотреть.
Как ходит за окном оранжевым котом за ночью день.
Взбеситься от тоски, и прошлые мазки рукой стереть.
Напиться по-людски, затормошить мозги, чтоб набекрень.

Не понимают нас, брезгливо щурят глаз, смеются вслед.
И палец у виска, и камень для броска и умный вид.
Надеть костюм крутой, смешать себя с толпой и ждать побед.
Светиться на тиви, крутую шмаль курить, вискарь налит.

Но…

Повиснуть на ремнях в разбитых Жигулях и целоваться
Любить, как в первый раз, чтоб радовали глаз Её глаза.
В обнимку засыпать, на тёплую кровать, и просыпаться.
Ударить по пивку и прошлую тоску в огонь бросать.


ГДЕ ТЫ БЫЛА ВСЕ ЭТИ ДНИ И НЕДЕЛИ?..

гДе ты была все эти дни и недели? Зачем разминулись глаза?
лЕсом укрытая, белыми соснами, радость.
уВольте меня за мою невнимательность, бросьте в пещеру назад,
хОлодом маяться мне без тебя и осталось.
в Час, когда встретились мы, я был слеп, я был занят чужой чернотой,
сКалывал чёрную сажу с остывших поленьев.
дАже теперь мои руки черны, и неблизко идти за водой
и Вот, мне неловко, к снежным дотронуться перьям.
а Бог дан нам случай, дал город, дал символ и время одно на двоих,
бЕлыми соснами наши дороги запутал.
сЛовами не высказать, этого нет ни в одной из написанных книг,
нО кто-то, наверное, чувствовал это к кому-то.
сМогу ли я снова увидеть знамение в тёплых улыбках твоих?

Или вот прямо сёйчас подохну от тоски, зарывшись носом в клавиатуру?

Хожу, как дурак по квартире и пою эту песню.

Нужно менять марку кофе или бросать курить...

Пью пиво. Доделал кожаную фляжку. Вторую неделю не могу найти в продаже кожу, чтобы сделать себе наручи. Уже и выжигательный аппарат нашёл и воск купил.

НГ скорее всего будем отмечать у меня в деревне.

Сделал фляжку антуражную.. полночи промурыжился.
Дублёная, варёная, сверху холодно вощёная, внутри горячо вощёная кожа средней жёсткости, но форму держит хорошо.

Сегодня сидели в кафе "У Бильбо" и разговаривали о предстоящем "отмечании" Нового Года. Так выходит, что прообщавшись вместе три года, мы успели порядочно осточертеть друг другу и у многих нет желания отмечать со многими. У меня уж точно нет. Прошлый НГ оставил такую кучу впечатлений, что осознание того что в этот раз ТАК КРУТО ТОЧНО НЕ ВЫЙДЕТ, остаётся большое желание слить праздник.
И напрягаться я буду только ради одного человечка... Но шансов что она будет отмечать с нами практически нет.

"...ибо брезговать кумполом сны, продырявленным, в праве...", как говорится.

Ну и чего, спрашивается я сюда зарегился? Ненавижу интернет-дневники. У меня уже есть один мёртвый на Diaru.ru, но я его забросил давно и с тех пор люто ненавижу. А чего? это же тупо. если есть мысли, поделись ты ими, блин, со своими друзьями... На бумаге запиши что ли...

1) Ага. Я сейчас придумаю себе маленький и неправдоподобный отмаз: "друзьям пофиг, на бумаге лень".

2) Да, дорогие мужчины и похожие на мужчин товарищи, я буду выкладывать сюда тексты, чтобы понтоваться. Да, дорогие женщины и остальные совсем-не-мужчины, я буду выкладывать сюда тексты, чтобы вы подумали: "Вах, какой!"

Вот два варианта, из-за которых и создаются любительские дневники. А я, дурак, даже и не знаю какой выбрать, чтоб поправдоподобнее было. Пожалуй первый, ибо второй порочный. Нет, второй, так как первый - удел слабых.

Или никакой, так как... ВО! Очень уважаемый мной профессор Кройчик с журфака как то сказал: "Если хотите быть хорошим публицистом - пишите по три страницы в день. Что угодно пишите"

Давайте считать что я последую его совету. Фф-у-у-у, придумал.....